Мифы и легенды о цветах (часть первая)

ГВОЗДИКА
Ярко-пунцовый цвет гвоздики имеет в себе как будто что — то зловещее, напоминающее кровь. И на самом деле, во многих случаях история этого цветка, как оказывается, связана с целым рядом кровавых исторических событий, начиная с самого греческого мифа, повествующего о его происхождении. Рассказывают, что однажды богиня Диана, возвращаясь очень раздраженной после неудачной охоты, повстречалась с красивым пастушком, весело наигрывавшим на своей свирели веселую песенку. Вне себя от гнева она укоряет бедного пастушка в том, что он разогнал своей музыкой дичь, и грозится его убить. Пастушок оправдывается, клянется, что он ни в чем не повинен, и умоляет ее о пощаде. Но богиня, не помня себя от ярости, не хочет ничего слышать, набрасывается на него и вырывает у него глаза. Тут только она приходит в себя и постигает весь ужас совершенного злодеяния.

Тогда, чтобы увековечить эти, так жалобно смотревшие на нее глаза, она бросает их на тропинку, и в ту же минуту из них вырастают две красные гвоздики, напоминающие разрисовкой ей (есть гвоздики, у которых в середине находится несколько похожее на зрачок пятно) совершенное злодеяние, а своим цветом — невинно пролитую кровь. Таково вступление гвоздики в историю человечества. Дальнейшая ее история во многом соответствует началу. Но особенно выдающуюся роль она играет в некоторых кровавых событиях Франции. Первое ее появление здесь относится еще к временам Людовика IX Святого, когда этот благочестивый король предпринял в 1270 году последний крестовый поход и осадил город Тунис.

В то время, как известно, среди крестоносцев вдруг разразилась страшная чума. Люди гибли, как мухи, и все усилия врачей помочь им оказались тщетными. Тогда Людовик Святой, твердо убежденный, что в природе против всякого яда существует и противоядие, и обладавший, как говорят, некоторым знанием целебных трав, решил, что в стране, где так часто свирепствует эта страшная болезнь, по всей вероятности, можно найти и излечивающее ее растение. И вот он остановил свое внимание на одном прелестном, росшем на сухой, почти бесплодной почве цветке.

Его красивая окраска, его сильно напоминавший собою пряную индийскую гвоздику запах заставляют его предположить, что это и есть именно то растение, которое ему нужно. Он велит нарвать как можно больше этих цветков, делает из них отвар и начинает поить им заболевающих. И — о, удивление! — настой оказывается во многих случаях целительным, и чума начинает, как будто, немного ослабевать. К прискорбию, однако, не помогает он, когда заболевает чумой сам король, и Людовик IX вскоре становится ее жертвой.

Проходит несколько столетий, и гвоздика снова появляется в истории Франции. Наполеон I, учреждая 15 мая 1802 года орден Почетного легиона, избрал цвет гвоздики цветом ленты этого высшего французского знака отличия и тем самым увековечил, с одной стороны, роль ее в истории Франции, а с другой — ту любовь, которую питал к ней . В Англии она появляется лишь в XVI столетии и с первого же своего появления завоевывает симпатии царствовавшей в это время королевы Елизаветы и всей английской аристократии. Ее разводят и в садах, и в теплицах.

Королева Елизавета не расстается с ней и появляется с ней всюду — как запросто, так и в торжественных собраниях. Ее примеру, конечно, следует и весь ее двор. За цветы платят громадные, особенно для этого времени, цены — по гинее (10 рублей) за цветок, а большой венок из гвоздик герцогини Девонширской, вздумавшей украсить себе голову этими цветами в день одного придворного праздника, обходится ей ни более ни менее как в 1000 рублей.

Гвоздика сделалась здесь символом благоустроенного домашнего очага, родительской любви и родительских забот; и молодой рабочий, занимающийся тяжелым трудом на чужбине, встречая здесь цветок этот, всегда соединяет с ним воспоминание об отеческом доме. В день его благословенья мать подносит ему букет из гвоздик — как единственное сокровище и украшение, которое она может ему дать; он в свою очередь сажает куст гвоздики на ее бедную могилу — как последнее выражение его глубокой сыновней любви. Букет же из гвоздик служит и первым подарком, первым выражением любви молодого рабочего своей невесте. Не меньшую любовь к гвоздике питали одно время и немецкие рабочие в Тюрингене, у которых страсть к этому цветку доходила до того, что за новый красивый сорт они нередко отдавали половину своего заработка, отдавали свою последнюю козу- часто главную кормилицу всей семьи.

Переходя к Италии, мы видим, что и здесь гвоздика так пришлась по вкусу. И здесь цветок этот слыл всегда, да и теперь слывет за талисман любви. И нередко, проходя мимо поставленного на перекрестке дорог изображения Мадонны, можно видеть деревенскую красавицу, молящуюся с цветами гвоздик в руке. Она молится о счастливом пути и благополучном возвращении своего возлюбленного, которому предстоит переправляться через столь опасные, вследствие массы встречающихся в них бандитов, горы, и просит у Мадонны благословить цветы, которые должны служить ему талисманом против всякого рода бед.

Как только все будет готово к отъезду, она пришпилит ему эти цветы на грудь и будет покойна: они защитят его от всякой напасти… В Болонье гвоздика считается почему-то цветком апостола св. Петра и 29 июня, в день его памяти, ее цветами украшаются все церкви и весь город. В этот день вы не встретите здесь ни одной молодой женщины, ни одного молодого человека, у которых бы не было этого цветка в руках, на груди, в волосах или в петлице. В этот день его носят в петлице даже старики и солдаты. В Испании гвоздика играет не меньшую роль в жизни молодых людей, чем в Италии, особенно же в Валенсии, где ее даже искусственно заставляют цвести почти круглый год.

Гвоздики эти, хотя и все красные, имеют, однако, несколько разных оттенков, которые служат для влюбленных испанцев способом переговоров и назначения времени свидания. Выходя из церкви, прелестная донья, как бы невзначай, откидывает край своей мантильи и показывает следящему зорко своему аморозо пришпиленную на груди гвоздику, по оттенку которой он узнает час, когда ему можно будет свидеться с ней. Сопутствующая ей дуэнья делает обыкновенно вид, что ничего не замечает — и она была молода, и она в свое время переговаривалась посредством гвоздики…

Ещё о ГВОЗДИКЕ. По преданию графиня Маргарита дала гвоздику на счастье своему жениху рыцарю Орландо, отправившемуся в Святую Землю для освобождения Гроба Господня от сарацин. Орландо пал в битве, и один из рыцарей передал Маргарите найденный на нем локон ее белокурых волос и иссохший цветок гвоздики, превратившийся от крови Орландо из белого в красный. В цветке уже образовались семена, и Маргарита посеяла их в память о своем женихе.

Подсолнух

Греческий миф повествует о том, как Клития, дочь царя Вавилона, была покинута в любви богом-солнцем Аполлоном, поскольку он обратил свое внимание на ее сестру Левкотою. Ревность Клитии стала причиной смерти ее сестры. Сама она, отвергнутая богом, медленно умирала и превратилась в цветок, который всегда поворачивает свой лик к солнцу. Ноготки, которые также обладают этой способностью, тоже были цветами греческого мифа.

Обычный подсолнух — Helianthus annuus — присутствует на «Автопортрете с подсолнухом» Ван Дейка как символ непоколебимой преданности художника своему патрону — королю Карлу 1. Солнцепоклонничество — символизм, который использовал Антоний Ван Дейк (1599—1641), когда написал себя с подсолнухом, чтобы добиться расположения английского короля Карла 1, которого называли «солнцем». Подсолнух — растение, перенесенное в Европу из Северной Америки, иногда путают с гелиотропом, ставшим основой греческого мифа о цветке, влюбленном в солнце. В китайской символике означает долгожительство и имеет магическую силу. Подсолнух- символ благодарности. Именно солнцу он обязан своей красотой, поэтому, выражая свою благодарность, он всегда раскрывается при его появлении, непрерывно поворачиваясь в направлении солнечных лучей.

НАРЦИСС
Нарцисс — любимец Магомета, эмблема «Влюбленных в себя». Сам Магомет сказал про него: «У кого два хлеба, тот пусть продаст один, чтобы купить цветок нарцисса, ибо хлеб — пища для тела, а нарцисс — пища для души». А персидский царь Кир прозвал его «созданием красоты — бессмертною усладой». Причиной такого всеобщего им восхищения являются отчасти сама красота и изящность цветка, а главное, сложившийся про него еще в глубокой древности миф, сделавший его имя нарицательным; назвать кого — либо «нарциссом», как известно, все равно, что сказать: этот человек влюблен сам в себя.

О происхождении этого мифа древние греки рассказывали следующее: «У матери всех богов, царицы неба Юноны, была любимая наперсница, горная нимфа по имени Эхо. Ей богиня доверяла все свои сердечные тайны, с нею делилась всеми своими впечатлениями, словом, это был ее ближайший и вернейший друг. Но Эхо оказалась фальшивой и вероломной. Она находилась в тайных сношениях с мужем Юноны — Юпитером и старалась всячески укрывать все его проделки. Когда Юпитер отправлялся к товаркам Эхо, горным нимфам, она умела так занять забавными рассказами ревнивую Юнону, что часы пробегали незаметно…

Но однажды Юнона заметила, наконец, ее хитрость и пришла в такой гнев, что тотчас же лишила ее языка. «С глаз долой, мерзкая обманщица! — крикнула ей разгневанная мать богов. — Пусть отныне отнимется у тебя язык, которым ты сумела так меня очаровать! Я окажу тебе только одну милость: ты сохранишь способность повторять последний слог слова кричащих тебе о чем — нибудь людей». И вот с этих пор опечаленная нимфа Эхо удалилась в лес, где живет и теперь и повторяет последний слог слова или последнее слово речи, с которой мы к ней обращаемся. Но, живя уединенно в лесу, окруженная скалами, Эхо с трудом переносила одиночество и старалась всячески найти себе кого — нибудь, кто бы ее полюбил. Однажды лесом проходил цветущий юноша, сын речного бога Кефисса, красавец Нарцисс, которому было предсказано, что он достигнет глубокой старости только в том случае, если никогда не познакомится с собой, никогда не увидит своего лица, что в те времена было нетрудно: никаких зеркал еще не существовало, и видеть себя можно было разве только в спокойной воде.

Увидав Нарцисса, Эхо безумно в него влюбилась и старалась всячески его увлечь. Но Нарцисс не поддавался и оставался совершенно холоден к ее ласкам. Тогда Эхо в отчаянии обратилась с мольбой к богам и просила сжалиться над нею и наказать Нарцисса за такую бесчувственность. И растроганные боги услышали ее моление и наказали его. Почувствовав однажды сильную жажду, он остановился на краю чистого и спокойного, как зеркало, источника и, нагнувшись, хотел было напиться; но тут в первый раз в жизни увидел свое прелестное изображение и так был пленен его красотой, что влюбился в себя и, будучи не в состоянии ни на минуту оторвать от него более глаз, зачах от любви, зачах и поблек, как цветок. Однако милосердные боги не дали ему совсем погибнуть, а превратили его в прелестный цветок, который замечательно красив, чудно благоухает и венчик которого так и клонится книзу, как бы желая еще раз полюбоваться собою в воде…» В древности желтыми нарциссами приветствовали триумфаторов, возвращающихся на Родину с победой.

Из других древних народов интересовались и до сих пор интересуются им китайцы, у которых этот цветок играет важную роль в новогодних церемониях. Особенно много его разводят в Кантоне, где держат в стеклянных чашках с водой и песком или с небольшими камешками. Помещенная в такие скромные условия, луковица нарцисса дает прекрасные пахучие цветы и цветет долгое время. На Новый же год цветок этот считается обязательным иметь в каждом доме. Им украшаются алтари богов, его носят во всех торжественных в этот день процессиях. В Германии, в Марке, душистый (белый) нарцисс называют «белой женщиной» и говорят, что он в виде вампира сосет кровь людей. За тонкую же, окружающую цветок красную полоску его зовут «голова долой!»

В гораздо более розовом свете смотрят на него в Восточной Пруссии, где он считается символом весны и счастливого брака. Девушка, выйдя замуж, увозит нарцисс из родительского дома в свой новый дом и тщательно ухаживает за ним и холит его, чтобы он как можно лучше рос и развивался, так как, по поверью, от его красоты зависит и все счастье брака. Название цветка произошло от греческого слова наркао — одурманивающий. Утонченный бело-желтый нарцисс имеет резкий, действительно одурманивающий запах. Растет он преимущественно вблизи водоемов. Если пересадить нарцисс в сухую почву, он перестанет цвести. Не удивительно — ведь без воды он не может любоваться своим отражением.

 
Статья прочитана 119 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

Здесь вы можете написать комментарий к записи "Мифы и легенды о цветах (часть первая)"

Войти, чтобы написать отзыв.

Последние Твитты

Архивы

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами